Облик рынков изменится

Те же улыбчивые узбеки: «Кюшай, дарагой, нэ хурма – сахар…» Требование к продавцам – очень простое. Получи разрешение на работу и торгуй. Итог для абсолютного большинства – получают и торгуют. А места тех, кто не хочет получать разрешений, занимают российские граждане.


Может быть, все это – только в Москве? Отнюдь нет. Вот данные Федеральной миграционной службы. В Якутии никакого роста цен нет, а на рынке «Столичный» в Якутске игрушки и одежда из КНР вообще подешевели – как, кстати, и на Камчатке.
В подмосковных Люберцах и Луховицах (кто не знает солений из Луховиц!) освободившиеся торговые места заняли местные жители. В Курске за прилавками стоят те же торговцы из ближнего зарубежья, но вот количество обращений за разрешениями на работу выросло аж в 3 раза.

Несколько опустели рынки в Белгороде. На Центральном рынке Таганрога торгуют теперь почти исключительно российские граждане – и никакого взлета цен не наблюдается. И только в Мурманске цены на овощи выросли примерно на 5%, что, впрочем, может объясняться и сезонными факторами.

Да, на каждом большом рынке опустела пара-другая прилавков – над ними красуется вполне рыночная табличка «Сдается в аренду». Но массового исхода продавцов-иностранцев не произошло. Да, надежда на приход неких «непосредственных производителей» сельхозпродукции из глубинки не оправдалась – и дело не только в том, что прошло слишком мало времени, да к тому же на дворе зима.

Все-таки выращивать овощи и стоять за прилавком – это разный, очень разный бизнес. Конечно, «низовые» торговые ассоциации, которые должны составить конкуренцию нынешним перекупщикам, еще возникнут. И повезут продукцию в столицу и другие крупные города, не пользуясь услугами монополизированных, а иногда и откровенно криминальных этнических сбытовых группировок. И облик рынков, и ассортимент товаров станут еще лучше. Но это, подчеркнем еще раз, произойдет не сегодня.

«Ничего не произошло», – говорят многие. Нет, произошло. Вы когда-нибудь слышали раньше, чтобы прилавки на рынках сдавались? То есть они сдавались, конечно. Но – своим, без публичного объявления и торга. По сговору то есть. Разве это справедливо? Законно? Морально? Теперь же снять прилавок может каждый, у кого есть разрешение на работу и санитарная книжка. Ну и товар, конечно. И местному жителю, который хочет торговать на рынке, никто теперь не откажет в месте потому, что место это кем-то уже занято.


В США недавно появилось нечто новое – «антитеррористические» бензоколонки. Они продают бензин только из тех стран, которые в принципе не могут иметь никаких связей с исламскими террористами. Из Норвегии, например. Из Мексики. Из России. Бензин у «антитеррористов» дороже. Но автолюбители наматывают километры и километры, чтобы купить именно его.

На заправках этих распространяются просветительские брошюры об актах террора и о том, как финансируется это регулярное насилие. Смешно? Глупо? Ну нет. Это – выбор тысяч людей, простых жителей той самой одноэтажной Америки. Очень простой, лапидарный выбор в пользу закона и морали. «Чистый» бензин – дороже. Но чистая совесть дороже всего.

Ревущие 90-е годы заставили многих наших сограждан «крутиться» и не замечать требований закона – иногда не замечать в упор. Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними. Абсолютному большинству граждан уже не безразлично, кто стоит напротив них за прилавком. И дело не в разрезе глаз или цвете кожи: Россия – страна многонациональная. Дело в законе, который обязателен для всех.