Госдума не против эротики

Пока другие младодепутаты только осваиваются в стенах Госдумы, бывший пресс-секретарь движения «Наши» Роберт Шлегель уже начал проявлять себя на законотворческой ниве.

На прошлой неделе он вынес на рассмотрение коллег два законопроекта, которые мгновенно принесли ему широкую известность в узких законодательных кругах.

Поправки, предложенные Шлегелем, касаются сразу двух объемных документов: закона «О средствах массовой информации» и Кодекса об административных правонарушениях (КоАП). В закон о СМИ юный парламентарий предлагает ввести норму, которая позволит закрывать газеты и лишать лицензии на вещание телеканалы, уличенные в систематической клевете. А КоАП младодепутат рассчитывает дополнить новым штрафом – от 500 до 1000 рублей за чтение эротической периодики в общественных местах.

Сегодня оба законопроекта обсуждались на заседании Комитета по информационной политике. Дискуссии, в общем-то, не предполагалось. Согласно процедуре депутаты должны были просто констатировать, что документы оформлены должным образом, назначить свой комитет ответственным за работу над данной бумагой и отдать распоряжение отправить копии законопроекта по всем думским комитетам и комиссиям.

Однако поднятые Шлегелем темы оказались настолько животрепещущими, что эти пункты повестки парламентарии обсуждали без малого час.

Для начала депутаты, как ни странно, встали на защиту журналистов. «Мы начинаем выступать в роли цензоров. Мне кажется, это не полезно!» – не одобрил поправку, предполагающую «казнь» СМИ за клевету, эсер Илья Пономарев.

«Я больше, чем все присутствующие, страдал от клеветы, – продолжил тему единоросс Иосиф Кобзон. – Но закрывать издания – крайняя мера. Я против». Вместо «удаления» провинившихся СМИ с медиаполя певец предложил бить их рублем. И заставлять печатать опровержения в том же объеме и на тех же страницах, где появлялись клеветнические материалы.

«Готовы ли вы внести менее кровожадные поправки?» – суммируя идеи Кобзона, поинтересовался у Роберта Шлегеля глава комитета Валерий Комиссаров.

«Роберт, снимите этот закон от греха подальше! И СМИ, и комитет вам спасибо скажут!» – не выдержал жириновец Сергей Иванов.

Но автор остался непреклонен. Отзывать поправки Шлегель не стал. Более того, парламентарий уверен, что его законопроектам, как драгоценным винам, наступит свой черед. И лет через 7–8, когда «будет 100–200 телеканалов», думцы еще вернутся к поднятой Шлегелем «клеветнической» теме.

«Тогда я предлагаю перейти ко второму пункту, который еще круче», – выслушав коллегу, подытожил Валерий Комиссаров.

Вторым пунктом шла борьба за нравственность соотечественников. Первым шагом на этом нелегком пути по задумке Шлегеля должны стать штрафы за чтение периодики эротического характера в общественных местах. А дабы непотребные картинки не раздражали клиентов газетных ларьков, депутат предлагает обязать всех производителей мужских журналов прятать свою продукцию в непрозрачную упаковку, на которой обозначены только название и выходные данные СМИ.

Мимо идеи с непрозрачной упаковкой парламентарии прошли, даже не заметив. А вот штрафы от 500 до 1000 рублей за чтение «клубнички» в метро привлекли их внимание.

Валерий Комиссаров, судя по всему, сразу представил себе, с какой охотой будут штрафовать жертв печатной любви отечественные стражи порядка.

«То есть завтра любой милиционер подходит и говорит: «Пройдемте, товарищ», – рассуждал председатель Комитета по информационной политике. – Да… Закон серьезный. Он затрагивает миллионы людей и миллионы милиционеров», – сделал вывод Валерий Комиссаров.

Единоросс Сергей Капков в свою очередь обратил внимание коллег на то, что в законопроекте Шлегеля речь идет не о порнографических картинках, а о «материалах и сообщениях эротического характера». «Практически в любой газете есть рубрика «Досуг», где все объявления такого характера. Получится, что нельзя читать газеты в метро», – возмутился депутат.

Его соратник Станислав Говорухин считает, что для начала нам нужен закон, «где даны четкие определения эротики, порнографии, материалов сексуального характера и т.д.». Режиссер напомнил, что парламент неоднократно делал попытки принять подобный документ. Один вариант даже прошел нижнюю и верхнюю палаты. Но его заблокировал президент. А без такого закона, по мнению Говорухина, любые поправки, касающиеся эротической продукции, как мертвому припарка.

Поймав благодаря Говорухину ностальгическую волну, Валерий Комиссаров вспомнил о другой попытке дать определение порнографии. Ее в Госдуме прошлого созыва сделал экс-депутат Александр Чуев. К решению задачи парламентарий подошел основательно. Поэтому определение порнографии получилось очень подробным.

«Читать его на ночь не рекомендуется. Это «Камасутра» какая-то», – поделился своими впечатлениями от того документа Валерий Комиссаров. И призвал коллег, которые захотят пойти по стопам Чуева, обойтись без «формулирования в законе сексуальных фантазий».

Вот тут Роберт Шлегель достал из рукава припрятанный туз. Вполне возможно, козырной. Как выяснилось, в Министерстве культуры полным ходом идет разработка закона «Об ограничении оборота продукции эротического и порнографического характера».

В этом документе, по словам младопарламентария, будут даны определения терминов «эротика», «порнография» и «материалы сексуального характера». Кроме того, туда вполне могут поместиться и поправки самого Шлегеля.

Как рассказал Роберт Шлегель газете ВЗГЛЯД, если до роспуска правительства Минкульт успеет внести закон в Госдуму, депутат отзовет свой законопроект и будет дорабатывать уже предложенный исполнительной властью документ. В противном случае Шлегель будет убеждать депутатов одобрить его законодательную инициативу.

«Если законопроект отклонят, я его доработаю и снова внесу в Госдуму», – заявил Шлегель.

Как стало известно газете ВЗГЛЯД, антиэротические поправки – первая ласточка в серии законов, направленных на защиту общественной нравственности, которые Шлегель намерен вынести на суд своих коллег. В ближайшем будущем младодепутат собирается заняться проблемами социальной рекламы. Особенно волнует парламентария пропаганда семейных ценностей.