Вокруг смерти известного предпринимателя Владимира Шульги множатся новые версии. Одну из них недавно напечатала газета «Вечерние вести». По данным журналистов «ВВ», события связанные со смертью Владимира Шульги, в корне отличаются от свидетельств его адвоката Петра Бойко.
Напомним, что 26 марта в коридоре Шевченковского РОВД г.Киева от сердечного приступа скончался известный человек. За считанные часы его смерть обросла таким количеством домыслов и догадок, что просто диву даешься, зачем людям вываливают столько заведомо ложной информации?
Владимира Шульгу вызвали в милицию в качестве свидетеля, по делу о поддельной записи в его трудовой книжке. Совладелец сети магазинов электронной техники, миллионер, человек одно время приближенный к Виктору Ющенко, был доставлен в райотдел в сопровождении работников милиции. Ни на многочисленные повестки, ни на телеграммы, ни на телефонные вызовы он не являлся. Шульга прибыл в милицию в сопровождении своего адвоката Петра Бойко. То, что произошло позже можно установить на основании рассказов участников событий всколыхнувших страну и не только нашу.
Адвокат Петр Бойко по телефону озвучил свою версию. После того как в РОВД были заданы все интересующие дознавателя вопросы Шульга и Бойко вышли из милиции и направились в ресторан. По дороге Шульге позвонили из райотдела и попросили вернуться к начальнику, что тот и сделал, попросив товарища подождать его на месте встречи. Через некоторое время Шульга звонит Бойко и сообщает ему, что начальника милиции все еще нет, и его, скорее всего, задерживают, в милицейском смысле этого слова. Тогда адвокат возвращается в райотдел, но его не пускают к клиенту. Расторопный защитник тут же составляет два заявления: о том, что в здании Шевченковского РОВД «незаконно против воли» удерживается человек. Второе заявление содержало требование пустить его к задержанному. В это время вновь раздался звонок Шульги.
«Петр Анатольевич, на меня тут пять человек насело, порвали рубашку, я теряю сознание, — звучат последние слова Шульги в трубке Бойко и слышится звук падающего телефона.
Вот так, экспрессивно и трагично, в растиражированном адвокатом за несколько часов после смерти Шульги тексте, умер его подопечный.
Этот момент повествование вызывает легкое подхихикивание даже у шпаны, задержанной за мелкое хулиганство. Когда милиция «наседает», да еще и «впятером», и рвут на вас одежду, (да, и такое бывает) они не то, что позвонить адвокату, а, простите, пукнуть, не дадут. Спросите об этом любого завсегдатая «обезьянника».
Очевидцы того самого последнего звонка Владимира Шульги (их имен разглашать мы не можем, по понятным причинам) которые на тот момент пребывали в коридоре и слышали, что говорил Шульга своему адвокату, немало удивились такой трактовке событий. Потому как рвать на человеке рубашку, пресловутые «оборотни» не могли даже вопреки своему самому сильному звериному инстинкту. Хотя бы потому, что Шульга был доставлен в райотдел… в свитере. Рубашки на нем не было. И не заметить этого адвокат мог только по одной причине. Своего подзащитного Бойко наблюдал там мельком.
Вот что говорят люди, наблюдавшие за визитом адвоката и его подзащитного в тот злополучный день: «На основании статьи 63 Конституции свидетель с адвокатом отказались от дачи показаний и поднялись на третий этаж, в уголовный розыск, где Шульге предстояло еще одно разбирательство. А именно об угрозах по телефону со стороны Владимира Шульги через СМС одному предпринимателю. Шульге объяснили суть заявления по поводу угроз в адрес господина Н.»
По словам очевидца, после того как «опера» начали задавать вопросы, адвокат встал и ушел и Шульга прекрасно справлялся сам. Разговор шел около часа и проходил в спокойной атмосфере. Шульга даже шутил. Допрашиваемый прекрасно осознавал, что если будет вести себя некорректно, его визит может быть продлен еще на 15 суток. Адвокат не вернулся. По окончании разговора Шульгу попросили подождать в коридоре. Именно в этот момент Владимир Владимирович начинает звонить своему товарищу и просить, чтобы тот приехал. Из разговора очевидец предположил, что адвокат ехать не собирается. Владимир Владимирович даже начал возмущаться. Дескать, я тебе деньги плачу, а ты меня одного оставил, давай езжай сюда.
Потом ходил по коридору, и ему стало плохо. Милиция вызвала скорую. С начала дознания и до самого звонка адвокату Шульга из помещения Шевченковского райотдела не выходил! Его никто не возвращал с полпути, и не заманивал встречей с начальством. Поэтому версия с «идеальным убийством», которую с таким воодушевлением подхватили люди от политики, мягко говоря, не выдерживает критики.
Тем не менее, «экспертные оценки» в лучших национальных традициях а-ля «це йому шось пороблено» заполонили Интернет и газетные полосы, превращая обычное человеческое несчастье в повод для сплетен и интриг.
Договорились уже до того, что якобы «идеальное убийство» спланировал адвокат, небезосновательно намекая на скрытые мотивы. Мол, Петр Бойко упоминается в завещании внезапно скончавшегося Шульги. А наследовать от покойного есть что. При жизни он являлся владельцем нескольких киевских квартир, четырех дорогих иномарок и долей в бизнесе десятка предприятий. К тому же несоответствия в показаниях свидетелей и адвоката наводят на определенные размышления. Но, окончательную точку в «деле Шульги» поставит следствие.
Владимир Владимирович перенес инфаркт еще в 29 лет. Об этом известно было давно и многим. Тем более если речь идет о личном адвокате. И тем загадочнее выглядят заявления Бойко в прессе, после всего услышанного: «Это практически идеальное убийство, — уверен Петр Бойко, адвокат Шульги. — У Владимира Владимировича было больное сердце, около пяти лет назад он перенес операцию. А в милиции создали такие условия, при которых каждый такой больной умрет».
Сын получил хороший нагоняй от матери. Заливаясь горькими слезами, ребенок заявил: - Я вижу, мама, что ты меня больше не любишь... - Ты не прав, я люблю тебя по-прежнему. - Нет, нет, - запротестовал малыш. - Если бы ты меня любила, ты разговаривала бы со мной так же, как когда к нам приходят гости.
