Распад атома

Инцидент как прецедент

За полгода на АЭС произошло 15 нарушений. За такой же период 2007 года их было только 8. В том числе на Хмельницкой АЭС этот показатель возрос втрое, Ровенской - в 2,5 раза, Южно-Украинской – вдвое. Запорожская станция свою работу не улучшила – на ней было три нарушения, как и за полгода в 2007-го. Недовыработка электроэнергии АЭС, по предварительным данным, возросла на треть – до 176,218 миллионов кВт/ч.

Причины такой ситуации принято искать в технике. Однако основным фактором, как свидетельствует практика, остается снижение общей культуры ядерной безопасности и отсутствие какой-либо ответственности за нарушения. Это подтвердили результаты расследования крупной аварии на третьем блоке Южно-Украинской АЭС, на котором 19 сентября 2006 года сгорел турбогенератор.

В акте расследования "Энергоатома", подписанном в октябре 2006 года, вину списали на производителя – российское ОАО "Силовые машины". Правда, уточнили, что "руководящий персонал Южно-Украинской АЭС не проявил приверженность принципам культуры безопасности" и не остановил турбогенератор для выявления неполадок. В итоге за ремонт генератора "Энергоатом" выложил 45 миллионов гривен.

Новый поворот

На этом все бы и закончилось, если бы не проверки СБУ и прокуратуры, которые попросили сделать экспертные выводы по причинам аварии госпредприятие "Электротяжмаш". Завод представил свои заключения в мае 2008 года.

В документе черным по белому написано: "причиной аварии ТГ-3, произошедшей 19.09.06, явилось несоблюдение лицами, ответственными за безопасную эксплуатацию оборудования ЮУАЭС требований нормативно-технической документации по эксплуатации турбогенератора".

По мнению "Электротяжмаша", главный инженер станции Вячеслав Кузнецов, который продолжает работать в этой должности, "обязан был 14.09.06 аварийно отключить генератор без каких-либо предварительных согласований с НАЭК "Энергоатом" и подачи заявок в Южную энергосистему Украины".

Вместо этого он вел переговоры с первым вице-президентом "Энергоатома" Юрием Коврижкиным об отключении блока, который не очень хотел давать свое добро. Возможно, такое поведение первого вице-президента пояснялось тем, что Южно-Украинскую АЭС планировало посетить в этот период руководство страны. А генератор тем временем работал при повышенной влажности больше допустимого срока...

Дубль два

Очевидно, что информация "Электротяжмаша" позволяет вернуться к вопросу возбуждения уголовного дела по факту служебной халатности. Реакция прокуратуры Южноукраинска будет показательной. Ведь 22 июня похожая авария произошла на втором блоке Хмельницкой АЭС.

По данным Главного государственного инспектора по ядерной и радиационной безопасности Михаила Гашева, по предварительной информации на блоке сгорел ротор турбогенератора. Для его ремонта потребуется как минимум 25 миллионов гривен. Если со статором – то около 100 миллионов. При этом блок не будет работать до 30 сентября. А день простоя, по экспертным оценкам, стоит 2,5 миллиона гривен. То есть общие убытки достигнут 350 миллионов гривен. Кто возьмет на себя ответственность за это, опять техника?

Тот же Гашев не исключил версию, что авария на ХАЭС-2 произошла по вине персонала. "Там могли гайку не докрутить, так как сгорела и обмотка статора", - сказал он. Да, масштабы ядерной энергетики поражают – из-за одной гайки нанесены убытки государству на несколько сот миллионов гривен. Последствия поломки можно было бы сократить, но на складах "Энергоатома" не оказалось… ни запасного статора, ни ротора.

В поисках крайнего

Очевидно, что ситуацию в атомной энергетике назвать нормальной никак нельзя. К сожалению, отрасль не выработала иммунитета к частой смене власти. Поэтому при принятии решений в "Энергоатоме" политические мотивы тяготеют над вопросами безопасности. Это чувствуют и на АЭС при чем как руководство, так и персонал, отвечающий за безопасность. Каждый понимает, что никто не будет выносить сор из избы, чтобы не дать повода для критики "родного" правительства и не потерять доходное место работы.

Мало кто слышал, что в 2007 году на Хмельницкой АЭС при транспортных операциях погнули 4 тепловыделяющие сборки, проще говоря, ядерное топливо. Повезло, что речь шла об отработавшем топливе при его выгрузке из реактора. Если бы речь шла со свежим могли возникнуть прямые убытки.

Стоит обратить внимание, что произошло в то время, когда "Энергоатомом" руководил Леонид Деркач. Именно он с приходом в компанию в конце 2006 года положил все силы на расследование инцидента с турбогенератором на Южно-Украинской АЭС. На самом деле, считают наблюдатели, Андрей Леонидович вовсе не хотел искать виновных, а пытался насолить своему предшественнику – Юрию Недашковскому, который тогда пошел на повышение на пост замминистра топлива и энергетики.

В итоге при Деркаче уровень ядерной культуры даже снизился, на что прямо указал Совбез, рассмотрев 1 февраля 2008 года вопрос "О безопасности ядерной энергетики государства". "На атомных станциях произошли инциденты, которые является проявлением низкой культуры безопасности всех составляющих системы управления за ядерной безопасностью", отмечал Совбез.

СНБО также заявил о практике умалчивания нарушений в работе АЭС и их формального расследования, о фактах пренебрежения требованиями безопасности в пользу высоких производсвтенных показателей. После таких выводов невольно задумаешься, чем вызвано значительное сокращение нарушений на АЭС за последние 10 лет – улучшением работы или замалчиванием.

Дойная корова

С другой стороны, сами политики не прочь использовать "Энергоатом" для финансирования своих проектов. Правда или нет, но поговаривают, что с 2004 года "откаты" в отрасли возросли с 5 до невиданных 45%, наверное, из-за инфляции и необходимости финансирования бесконечных выборов: парламента, мэра Киева, а скоро и президента.

Понятно, что при таких глобальных планах не остается средств на модернизацию проблемных генераторов на пяти украинских реакторах с быстроходными турбинами, на замену устаревшей автоматики, которая, например, 29 июня по ошибке отключила питательный насос на третьем блоке Южно-Украинской АЭС, на продление сроков эксплуатации первых украинских энергоблоков.

Вселяет надежду только одно – в Минтопэнерго уже заметили "команду молодых финансистов" из "Энергоатома", которую переставляют с одного на другое государственное предприятие для "правильного" распределения финансовых потоков. В частных беседах с журналистами руководство министерства в начале июня обещало поправить ситуацию. Возможно, наводить порядок уже начали, о чем свидетельствует недавняя смена руководства "Энергоатома". Если это так, то вскоре можно ожидать и других кадровых изменений в компании.