В отличие от конца 20 – начала 21 веков, когда украинцы массово выезжают на заработки в Италию, в 16-17 веках наблюдалась обратная тенденция. Такое открытие сделала историк Марьяна Нишпор на основании архивных документов, инвентарных книг и завещаний того времени.

Итальянцев привлекали выгодное расположение города, экономический потенциал Львова и толерантность населения. С другой стороны – растущий в то время город нуждался в архитекторах, строителях, опытных купцах. Результатом стало появления такого количества итальянцев, что даже в Книге принятия в городское право был включен итальянский вариант присяги (принимая ее, человек становился полноправным горожанином).

Итальянцы прибывали во Львов либо с западных окраин Турции, или непосредственно с самой Италии. В отличие от других этнических групп, они не стремились создавать отдельную общину в городе, а активно в нее вливались, вплоть до полной ассимиляции. Вливание в общину происходило путем вступления в цеха и создания семьи. Первое – давало им право на работу в городе. Так, богатейший купец Иоанн Баптист де Альбори таким образом получил право на склад и на лавку на площади Рынок. Второе – в те времена было необходимой основой существования и залогом стабильности. Как правило, многие итальянцы женились на местных девушках из знатных родов. Их дети, пишет исследовательница, уже чувствовали себя львовянами и часто перенимали профессии родителей. Например, сын Захара Кастелли Томаш тоже стал архитектором и даже был зодчим князей Острожских.

Будучи католиками, итальянцы активно жертвовали храмам и монастырям. Так, муратор Павел Римлянин, посовещавшись с супругой, подает средства Гиличевскому монастырю. Многие в завещаниях просят похоронить их в местных церквях. Портной Каспер Итальянец завещает похоронить его в храме святого Креста ордена францисканцев.

Итальянцы не прерывали общение с родиной. Сохранились переписки знатных итальянцев с родственниками. Бездетный Амброзий Благосклонный пишет, что намерен пригласить к себе племянника, чтобы тот продолжил дело. А купец Кароль Инчаги оставил все имущество сестрам, проживавших в Италии.

Почти все известные архитекторы и купцы владели во Львове домами ("камяныцями"), что в те времена тоже было выгодным капиталовложением. Потому, когда в завещаниях указаны одни долги и недвижимость, последнее вполне устраивало наследников.

За полтораста лет итальянские зодчие оставили след в виде жемчужин львовской архитектуры (Успенская церковь, костел Бернардинцев и Бенедиктинцев, часовня Кампианов, дворец Корнякта). Покидать город они стали в 17 веке, где-то вскоре после войн Богдана Хмельницкого и изменения экономической конъюнктуры, отразившейся на благосостоянии Львова.

Обозреватель