Во время исследования древнейшей коллекции янтаря, найденной в Доминиканской республике полвека назад, был обнаружен новый вид прыгунчика — крошечного кузнечика размером с шип розы, который жил от 18 до 20 миллионов лет назад и питался мхом, водорослями и древесными грибами. О новом представителе прыгунчиков рассказывается в журнале ZooKeys. Кратко с исследованием можно ознакомиться на сайте Иллинойсского университета в Урбане-Шампейне.

Найденный экземпляр замечателен тем, что он представляет собой промежуточный этап эволюции подсемейства кузнечиков (Cladonotinae). Древнейшие представители этой группы имели крылья, в то время как у современных насекомых их нет. У обнаруженного прыгунчика есть лишь то, что можно назвать рудиментарными крыльями — реликтовые структуры, которые уже потеряли свою основную функцию.

Изучением коллекции янтаря занимается группа ученых из Института по изучению прерий Иллинойсского университета в Урбане-Шампейне, руководит ей палеонтологом Сэм Хэдс (Sam Heads).

Хэдс, его лаборант Джаред Томас (Jared Thomas), а также соавтор исследования Иньань Ван (Yinan Wang) нашли новый образец через несколько месяцев после начала их проекта по исследованию более 160 фунтов доминиканского янтаря, собранного в конце 1950-х энтомологом Мильтоном Сандерсоном (Milton Sanderson).

Новый вид насекомого был назван Electrotettix attenboroughi, где первое слово — это комбинация electrum (лат. «янтарь») и tettix (греч. «кузнечик»), а второе — дань уважения сэру Дэвиду Аттенборо — британскому натуралисту, режиссеру и кумиру Хэдса. Если перевести название животного на русский язык, то получится «янтарный кузнечик Аттенборо».

Помимо нового вида прыгунчика Хэдс и его коллеги также нашли спаривающихся мух, пчел без жала, несколько галлиц, муравьев, ос, жуков-короедов, клещей, пауков, части растений и даже шерсть млекопитающих.

«Ископаемые насекомые могут раскрыть перед нами новые подробности эволюции определенных биологических признаков и поведения этих животных, а также рассказать о некоторых аспектах истории, — говорит Хэдс. — Они представляют собой огромный ресурс для понимания древнего мира, его экосистемы, а также климата и несут даже больше информации, чем, пожалуй, кости динозавров».